Кто зарабатывает на отключениях мобильного интернета

Россияне вернулись из «цифрового» мира в «аналоговый». Как 20 лет назад, в кошельках приходится носить наличные вместо карт, ориентироваться в городе по бумажному атласу, а такси вызывать по телефону. Перебои с мобильным интернетом обходятся экономике в миллиарды рублей. Впрочем, есть и те, кто извлекает из этого солидную прибыль.

Случаи отключения мобильного интернета начали широко фиксироваться минувшей весной. Это объяснялось вопросами безопасности: утверждается, что украинские беспилотники могут использовать цифровые данные для ориентации в пространстве. И хотя некоторые комментаторы отмечают, что отключение мобильного интернета не является гарантированным способом обезопасить территорию от налётов, поскольку БПЛА также способны ориентироваться по GPS и через спутниковую связь, мера оказалась самой простой и дешёвой, а потому применять её стали всё чаще. Так, если в мае в России было зафиксировано 69 случаев отключения мобильного интернета, то в июне уже 662, а в июле – 2099.

Впрочем, насколько дешёвым является подобный способ борьбы с налётами, вопрос спорный. Безусловно, что даже одна спасённая жизнь превысит любые затраты, однако же если смотреть на сухие цифры, то экономические потери выглядят впечатляюще. Как определяет методика, разработанная сервисом NetBlocks Cost of Shutdown Tool, один час отключения мобильного интернета в городе с населением 1,2 млн человек, имеющем высокую степень цифровизации, может наносить экономике ущерб до 200 тыс. долларов. Таким образом, двое суток отсутствия устойчивого сигнала унесут под 10 млн долларов. При этом в условиях, близких к шатдауну, сегодня находятся многие города страны. И если жители Ростова-на-Дону, Воронежа и Краснодара ещё могут понять, чем объясняются перебои со связью, то красноярцам, которым пришлось недавно прожить без мобильного интернета почти пять дней, недоумевают: а точно ли беспилотники долетят до Сибири?

Однако пока граждане не могут оплатить покупки картой, зайти в приложения банков и найти дорогу, некоторые собирают со сложившейся ситуации денежные пенки. Из-за сбоев связи многим таксистам пришлось сойти с маршрута, что привело к росту спроса. Соответственно увеличилась цена услуги. Как поясняла председатель Комитета по транспорту и логистике Делового центра экономического развития стран СНГ Екатерина Еремина, в период шатдаунов стоимость проезда в такси в Москве вырастала на 75–100%, в Санкт-Петербурге – до 120%, в Новосибирске, Екатеринбурге и Нижнем Новгороде – до 130%. В результате генпрокурор Игорь Краснов уже распорядился разобраться в причинах подорожания. Кстати, таксисты оправдываются: мол, мы только везём, а цены устанавливают агрегаторы, забирая себе солидную часть платы за проезд. Прежде тем удавалось отбиваться от претензий регуляторов – агрегаторов защищал мораторий на проверки, предоставленный ИТ-компаниям. Однако в марте он истёк.

Подсчитывают барыши и операторы сотовой связи. Услуги мобильного интернета продаются пакетом в составе тарифа. Но если связи нет, то получается, что деньги были получены просто так. Не повод ли это той же Генпрокуратуре и ФАС посмотреть и в сторону связистов? Тем более что деньги они сейчас делают и ещё на одной услуге, ставшей нынче крайне востребованной. Из-за перебоев с мобильным интернетом резко вырос спрос на интернет проводной. В «Мегафоне» и МТС говорят, что число заявок выросло на 20% – при том, что лето всегда считалось провальным сезоном. Одновременно растут и продажи роутеров – они увеличились на 112%.

Ещё одним бенефициаром ситуации оказались «Россети». Проводной интернет требует подведения кабелей, которые обычно располагаются на столбах электропередач. Большинство столбов принадлежит «Россетям». При этом если прежде провайдеры платили 81 рубль за аренду всего столба разом, то с недавних пор «Россети» изменили правила игры и платить приходится по 97 рублей за подвес каждого кабеля. Так что чем дольше не будет мобильного интернета и чем больше проводов придётся тянуть к домам, тем больше получит компания.