Когда в аэропорту начинают гаснуть камеры – это тревожный сигнал. Особенно если речь идёт о Международном аэропорте Шереметьево, флагмане российской авиации, через который ежедневно проходят десятки тысяч пассажиров и тонны грузов. Именно здесь, в одном из самых нагруженных терминалов страны, разворачивается конфликт между цифровыми технологиями и ведомственным произволом, последствия которого могут ощутить все: от пилотов и наземных служб – до пассажиров и налогоплательщиков.
До недавнего времени всё работало, казалось бы, идеально. С 2018 года один из грузовых терминалов в Шереметьево использовал видеонаблюдение на строго регламентированных участках: стоянки воздушных судов, зоны погрузки, места размещения техники.
Камеры, используемые в качестве датчиков системы Теле-контроля и управления процессами предприятия, разработанной грузовым терминалом, были предназначены исключительно для сбора информации и ее последующего анализа. Они никогда не были направлены на сотрудников контролирующих ведомств, и использовались исключительно в производственных целях: контроль безопасности, предотвращение ошибок, фиксация технологических процессов.
Всё это – часть интеллектуальной системы грузового оператора, которая за все эти годы стала неотъемлемым элементом безопасности и управления.
Но в марте 2025 года пришло письмо, подписанное Отрядом пограничного контроля. В нём терминалу предписывалось больше не руководствоваться разрешением 2018 года. Ни отмены, ни объяснений. Просто – не руководствуйтесь, а фактически – перестаньте снимать.
Основание запрета – подпункт 17 пункта 48 Приказа Минтранса РФ № 107 от 31.03.2022. В нём говорится, что фото- и видеосъёмка на территории пункта пропуска возможна только с разрешения соответствующих подразделений государственных контрольных органов. Проблема в том, что ни процедура получения этого разрешения, ни сроки, ни состав этих «подразделений» не указаны.
То есть, на практике всё решается по усмотрению. Кто-то может разрешить, кто-то может отказать – и никакой ответственности за это не предусмотрено.
Грузовой терминал, понимая риски, направил официальный ответ: система видеонаблюдения – это не слежка, а элемент технологической безопасности. Камеры следят не за людьми, а за трапами, тележками, заправкой... Всё согласовано, всё документировано. И работает, в отличие от многих других цифровых решений, внедрённых в отрасли.
Но бюрократическая машина не услышала. Или не захотела слышать.
А ведь система Теле-контроля и управления процессами предприятия – это не просто видеонаблюдение или фиксация картинки. Это анализ, предиктивная аналитика, автоматизированные сигналы и обучение персонала. Датчики (видеокамеры) системы фиксирует, если во время заправки не подключили заземление, а оператор, в этом случае, получает тревожный сигнал. Система через эти самые датчики знает, куда едет тележка, видит, вовремя ли подъехал трап, может доказать, что погрузка прошла по правилам, а груз прибыл целым.
И самое главное – видеозапись системы Теле-контроля остаётся, даже если зависла центральная аэропортовая база данных (ЦАБД) «Синхрон». А в Шереметьево зависает многое и часто.
Так, ЦАБД «Синхрон» которая должна координировать действия всех служб аэропорта, причем не только на перроне, работает не всегда стабильно: то заявки могут теряться, то технику «не видят», то интерфейс зависнет. Проблема в том, что она устроена таким образом, что данные, например, о времени начала или окончания обслуживания воздушного судна проставляются в ней вручную оператором. Сотруднику приходит команда выполнить какую-то операцию, и для подтверждения ее выполнения ему просто достаточно нажать кнопочку. А так как в системе отсутствует возможность объективного подтверждения выполнения операции, то система использует только те данные, которые в нее занесены вручную непосредственно сотрудником аэропорта, а следовательно – в системе отсутствует объективная обратная связь, являющаяся основой любой системы управления.
Продолжение следует…
* Источник иллюстрации портал «Журналистский контроль»
* Редакция «Журналистский контроль» сообщает, что данная публикация представляет собой официальное заявление, адресованное в правоохранительные органы России. Материал требует процессуальной проверки.
1. Организации признанные в Российской Федерации террористическими и/или экстремистскими, запрещенными на территории РФ (список):
2. Религиозно-экстремистские и сепаратистские организации, действующие на территории РФ и СНГ
3. Украинские националистические и неонацистские организации
4. Левые и анархистские экстремистские организации (признаны экстремистскими)
5. Националистические и неонацистские организации (российские, признаны экстремистскими)
6. Религиозные секты и деструктивные культы
