Вопрос развития конкурентной среды привлек внимание высших органов государственной власти, поскольку монополизация ключевых отраслей экономики приводит к ее системному застою.
Проблема монополизации больше не принадлежит узкому кругу экспертов: о ней заговорили на уровне правительства – не как о формальной теме, а как о системной угрозе экономическому росту. Когда премьер-министр Михаил Мишустин поручил разработать национальный план развития конкуренции до 2030 года, это стало не просто очередной стратегической инициативой, а фактическим признанием того, что многие ключевые отрасли – от образования и медицины до транспорта – застыли в структуре, где доступ к рынку определяется не эффективностью, а административным положением.
Как показала практика, для авиации эта зависимость особенно болезненна. И если сегодня снаружи аэропорт выглядит как образец технологического прогресса: стекло, металл, параллельные полосы и табло с точными минутами, то за фасадом всей этой роскоши и видимой современности стоит экономика, где каждая минута и каждый метр перрона могут принадлежать не рынку, а конкретной группе влиятельных лиц.
Видимо, понимая все последствия происходящего, в 2025 году правительство переутвердило правила недискриминационного доступа к аэропортовым услугам. С первого сентября вступила в силу новая редакция постановления, регулирующая, кто, как и на каких основаниях может получать слоты, стоянки, доступ к топливу, инфраструктуре и сервисам. Впервые документ вводит уровни приоритета и принципы прозрачности, обязывая аэропорты раскрывать тарифы, пропускную способность и технические параметры.
Сама по себе эта мера кажется технической, но на деле она обозначает фундаментальный разворот. Выходит, государство признает, что без реальной конкуренции даже самая современная инфраструктура превращается в тормоз? Однако, если на уровне деклараций борьба с картелями выглядит благородно, то на практике именно аэропорты становятся проверкой того, насколько власть готова применить эти принципы к стратегическим объектам, где миллиарды рублей и государственная безопасность переплетены в один клубок.
В то же время пока от высшего руководства страны звучат громкие лозунги о развитии конкуренции, «земля» под самолетом остается в управлении структурой с ограниченным числом игроков. И на сегодняшний день это уже переросло в системную болезнь отрасли. Жалобы авиакомпаний, протесты независимых операторов, решения Федеральной антимонопольной службы (ФАС), новые регламенты говорят о том, что отрасль застряла в эпохе административного доминирования.
Однако, чтобы понять, почему монополизация аэропортов стала хронической, нужно выйти за рамки терминалов и разобраться в устройстве современного крупного аэропорта, Итак, если более внимательно рассмотреть структуру аэропорта, то мы увидим, что его управляющая компания обладает не только административным правом распределять такие ресурсы как стоянки, гейты, доступ к топливным системам и перрону, но и коммерческими структурами, через которые она сама продает услуги.
Так аэропорт превращается в участника игры, который одновременно выполняет роль судьи и игрока. И в такой системе правила утрачивают смысл, потому что любое техническое решение может быть оправдано ссылкой на «безопасность», «пропускную способность» или «технологическую необходимость», если это угодно главному оператору – естественной монополии, каковой сегодня фактически является почти каждый крупный российский аэропорт.
Эти меры не требуют разрушения существующих структур. Они требуют изменения логики. Аэропорт должен быть не «владельцем двора», а администратором сложной экосистемы, где конкуренция встроена в саму архитектуру. Только тогда исчезнет соблазн использовать административный ресурс для коммерческих выгод, а вместе с ним исчезнут хронические конфликты, жалобы и судебные баталии.* Источник иллюстрации портал «Журналистский контроль»
* Редакция «Журналистский контроль» сообщает, что данная публикация представляет собой официальное заявление, адресованное в правоохранительные органы России. Материал требует процессуальной проверки.
1. Организации признанные в Российской Федерации террористическими и/или экстремистскими, запрещенными на территории РФ (список):
2. Религиозно-экстремистские и сепаратистские организации, действующие на территории РФ и СНГ
3. Украинские националистические и неонацистские организации
4. Левые и анархистские экстремистские организации (признаны экстремистскими)
5. Националистические и неонацистские организации (российские, признаны экстремистскими)
6. Религиозные секты и деструктивные культы
