По всей вероятности, судья Станислав Бузук оставивший находящуюся под стражей мать троих детей Наталью Довжанскую ещё на три месяца, очень не хотел, чтобы подробности судебного процесса стали достоянием общественности. Мы уже писали о том, что женщина с 26 мая содержится под стражей по обвинению в вымогательстве имущества у собственного мужа и продолжаем следить за развитием ситуации. Правда, внимание журналистов к этой истории, похоже не нравится некоторым представителям следствия и Фемиды.
В деле много странностей и несостыковок: непонятно, почему бывший супруг вдруг вспомнил о самом факте «вымогательства» спустя два года, да и никаких доказательств того, что разговор между супругами состоялся, как уверяет защита, нет. Наталья Довжанская своей вины не признаёт, настаивая на том, что ничего она не «вымогала»: всё дело построено на показаниях её бывшего супруга Яна Довжанского. Более того, сама Наталья уверяет, что имущество, котором идёт речь, и без того, согласно брачному договору, принадлежит ей – на этот счёт имеются соответствующие документы. Более того, защита настаивает, что именно в тот период, когда якобы совершалось вымогательство, между супругами Довжанскими наладились супружеские отношения, они переписывались в мессенджерах, делились фотографиями детей, писали друг другу любовные сообщения. Адвокатами инициирована психолого-лингвистическая экспертиза переписки в мессенджере WhatsApp между Довжанской и её супругом Довжанским за период с 6 августа по 13 ноября 2021 года. Исследовав переписку между супругами, специалисты пришли к выводу об отсутствии в текстовых сообщениях признаков требований о передаче имущества, угроз применения насилия или физической расправы.
Одним из оснований продления срока содержания под стражей Натальи, послужила необходимость производства экспертиз и допросов свидетелей по эпизодам, никак не связанным с инкриминируемым Наталье преступлением. Какое отношение к этим историям имеет наша героиня? Выяснить это нам никак не удаётся.
Заседание суда по продлению началось со скандальной заминки: несмотря на то, что Станислав Сергеевич Бузук, начиная судебное заседание, объявил его открытым, представитель СК стал настаивать на том, чтобы прессу удалили с процесса, напирая на некую «тайну следствия». В итоге было принято «компромиссное» решение: журналисту разрешили присутствовать лишь на ознакомительной и резолютивной части. О чём сторона обвинения и защита спорили в прениях мне предложили догадываться, сидя под дверью судебной комнаты. Вот такая «открытость и гласность» судебного производства по-красноярски – следователь, как мы видим, делает всё возможное, чтобы держать все вышеописанные «странности» в тайне, ставя тем самым под сомнение свои действия.
Добавляет вопросов и тот факт, что ведёт дело Довжанской следователь по особо важным делам Сергей Темнов, не так давно человек с такой фамилией «прославился» тем, что «учил» подследственного Никиту Губернюка какие и на кого ему давать показания. Губернюк тайно записал этот разговор на диктофон, а затем выложил его в сеть. За столь сомнительные методы ведения следствия полицейского никак не был накали. А вот Губернюку этот поступок обошёлся дорого: суд изменил ему меру пресечения с домашнего ареста на содержание в СИЗО.
На мой вопрос, причём тут моя подзащитная, которой предъявлено обвинение в вымогательстве имущества у бывшего мужа, последовало молчание. Я думаю, что журналист был удалён с судебного заседания для того, чтобы надуманность и несостоятельность обвинений в отношении моей подзащитной Натальи Довжанской не стала достоянием общественности…* Источник иллюстрации портал «Журналистский контроль»
* Редакция «Журналистский контроль» сообщает, что данная публикация представляет собой официальное заявление, адресованное в правоохранительные органы России. Материал требует процессуальной проверки.
1. Организации признанные в Российской Федерации террористическими и/или экстремистскими, запрещенными на территории РФ (список):
2. Религиозно-экстремистские и сепаратистские организации, действующие на территории РФ и СНГ
3. Украинские националистические и неонацистские организации
4. Левые и анархистские экстремистские организации (признаны экстремистскими)
5. Националистические и неонацистские организации (российские, признаны экстремистскими)
6. Религиозные секты и деструктивные культы
