Приватизированные в 90-е годы предприятия меняют владельцев

Генпрокуратура продолжает конфисковывать активы у собственников. На этот раз в поле зрения надзорного ведомства попал Ивановский завод тяжёлого станкостроения.Уже арестованы акции завода и его счета. По отзывам очевидцев, владельцы предприятия находятся в шоке – такого поворота они не могли и представить.

Своё требование вернуть завод государству Генпрокуратура обосновывает так. В СССР Ивановский завод тяжёлого станкостроения считался одним из лидеров в своей сфере. Значимость его для экономики была такова, что решение о приватизации предприятия могло принять только федеральное правительство, однако оно соответствующего разрешения не давало. Приватизировать завод позволил Комитет по управлению госимуществом администрации Ивановской области, чем явно вышел за пределы своих полномочий. В результате было создано акционерное общество, владельцами которого стали бывший начальник одного из цехов Владимир Бажанов и его сын Михаил. После этого, утверждают прокуроры, они разорвали связи завода с оборонными предприятиями, раздробили имущество и вывели его в аффилированные организации.

По сути, прокуратура описала схему, по которой 30 лет назад были приватизированы и разорены сотни заводов. Тогда многие флагманы советской промышленности под предлогом акционирования получили новых хозяев, которые вместо попыток развить производство предпочитали продать станки на металлолом, а освободившиеся цеха сдать в аренду как склады. Похожим образом, судя по всему, поступили и Бажановы – отмечается, что станкостроительный завод как таковой не существует, его территория сдаётся различным компаниям.

Одним из резидентов является холдинг «Стан» – дочерняя структура «Ростеха». Он занимается производством станков и достиг определённых успехов. Предполагается, что именно в интересах «Ростеха» прокуроры и подали иск, чтобы имущество бывшего завода отошло «Стану». Затея кажется оправданной, хотя в Иванове многие сомневаются в том, что она осуществима: для восстановления полноценного производства потребуются гигантские денежные вливания. Потому звучат опасения, что территория предприятия, расположенного неподалёку от центра города, может оказаться застроенной жильём.

Тем временем бизнес-круги задаются другим вопросом. В том, что ивановский завод приватизировался с нарушениями, нет ничего необычного – кто в 90-е вообще соблюдал законы, которых тогда толком и не существовало? Получается, что при желании конфисковать сегодня можно практически любое предприятие, найдя в бумагах тридцатилетней давности формальное нарушение. Тем более что Бажановы далеко не первые, кто попал в поле зрения прокуратуры. В прошлом году Арбитражный суд Пермского края признал незаконной приватизацию компании «Метафракс Кемикалс», основу которой составляет бывший Губахинский химический завод. Как указывала Генпрокуратура, решение о его передаче в частные руки должны были принимать федеральные власти, а не региональные чиновники. Теперь один из крупнейших в стране производителей метанола и формалина будет принадлежать государству. Аналогичным образом в собственность государства перешли акции АО «КЦТЛ», появившегося в ходе приватизации санкт-петербургского завода «Северная верфь». А сейчас на повестке дня стоит вопрос о конфискации Челябинского электрометаллургического комбината и Климовского патронного завода. И это только одни из немногих примеров. В сентябре прошлого года генпрокурор Игорь Краснов сообщал, что в рамках деофшоризации экономики суды уже удовлетворили больше 24 тыс. исков, касавшихся незаконной утраты государственной собственности на сумму более 187 млрд рублей. При этом власти продолжают заверять, что речь о деприватизации не идёт. Впрочем, возможно, так и есть, поскольку помощник президента по экономическим вопросам Максим Орешкин в прошлом году прямо заявил: дескать, государство является плохим собственником. А потому не факт, что конфискованные спустя некоторое время не обретут новых частных владельцев.